муниципальное бюджетное учреждение
Централизованная библиотечная система
города Гатчины
муниципальное образование
"Город ГАТЧИНА"

Улица Достоевского (ул. Елизаветинская)

А. И. Куприн » С Куприным по Гатчине »

Улица Елизаветинская на карте Гатчины появилась в конце XVIII века. Первоначально это был Фабричный переулок, свое название получивший от находящейся рядом Суконной фабрики. Переулок тянулся примерно до нынешней улицы Урицкого. В 1860-е годы началась интенсивная застройка у железной дороги, и переулок продлился до Варшавской железной дороги. С 1872 года улица получила наименование Елизаветинской. В 1922 году она была названа улицей Достоевского.

Дом № 14

В начале февраля 1911 года семья Куприных поселилась в Гатчине. Жили они в доме № 14 по улице Елизаветинской. Двухэтажный деревянный дом был вторым от угла с Багговутовской улицей (ул. К. Маркса). Здесь многие известные люди снимали себе жилье. Владельцем дома в это время был преподаватель Сиротского института и учительской семинарии Александр Георгиевич Каган. По всей видимости, жилье устраивало Куприных, т. к. в 1908 году они уже снимали в этом доме квартиру № 8. Описание кабинета писателя в одной из газет того времени: «Характерна обстановка рабочей комнаты Куприна. Окна завешаны зелеными с лиловым занавесками, придающими ей таинственное, ласковое освещение. Белый, гладко выструганный стол, усыпанный листками с заметками, начатые рукописи, отложенные письма. Здесь же в гладкой деревянной раме портрет Толстого с надписью «Александру Ивановичу Куприну – Лев Толстой». Неподалеку от него фотография Чехова с автографом и портрет Кнута Гамсуна». В мае 1911 года Куприны переехали в купленный дом № 19а на этой же улице. Дом был утрачен в годы Великой Отечественной войны.

Дом № 19а (ул. Достоевского, д. 21)

Дом построен в самом конце XIX века. В это время большой участок земли на углу Елизаветинской и улицы Александровской (ул. Володарского) принадлежал баронессе Любови Александровне Тизенгаузен. В Российском государственном историческом архиве сохранилось прошение Л. А. Тизенгаузен на имя начальника Гатчинского дворцового управления о разрешении строительства на участке дачи, сарая и ледника. 26 июня 1897 года разрешение на постройку сооружений было получено. На плане участка, составленном в 1900 году, уже отмечено здание дачи, позднее вошедшего в историю русской литературы под названием «зеленый домик» Куприна.

В 1901 году было произведено отделение участка с домом и хозяйственными строениями площадью 544,32 кв. сажени (более 2476 кв. м), который в январе 1903 году был продан крестьянке Витебской губернии Марии Андреевне Богдановой-Страдо. В 1909 участок приобретает жена титулярного советника Ольга Ивановна Магазинг. В октябре 1910 года участок с домом был продан подполковнику Михаилу Константиновичу Эвальду, а уже в мае участок покупает Елизавета Морицевна Куприна.

Оформление покупки дома было совершено 17 мая 1911 года. Дом был куплен в кредит, долг Куприны выплачивали по 1915 год включительно. «Я живу в Гатчине. Домик купил, покрасил в зеленый цвет – цвет надежды. Семья в полном благополучии, и я очень много пишу», - сообщал в одном из писем Куприн. Дом состоял из пяти комнат - двух больших, двух маленьких, одна из них была проходной. Были также застекленная веранда, кухня и крошечная прихожая. По воспоминаниям Ксении Александровны, родители любили переставлять мебель, меняя назначение комнат. Поэтому кабинет Куприна перемещался из комнаты в комнату. Известно несколько описаний кабинета, запечатленных в мемуарах современников и очерках журналистов тех лет. «В доме писателя все просто, без крикливого комфорта, без излишней роскоши. В двух комнатах стоят большие дубовые столы с необходимыми письменными принадлежностями, и здесь Александр Иванович творит. <…> Писатель большую часть своего рабочего дня посвящает пересмотру рукописей. А. И. Куприн имеет очень любопытный секретный шкаф, в котором заключается серия человеческих документов. Этот шкаф, как и все содержимое, писатель охраняет с изумительной преданностью, тактом и чуткостью.

Из всей массы поступающих к нему писем он выделил самое важное, душевное и искреннее. И разместил в отдельных пакетах. Таким образом, в его шкафу находим мы пакеты со следующими надписями: «эротоманы», «графоманы», «приказчики», «сумасшедшие», «стрелки», «солдаты», «маниаки», «горничные», «дамская любовь и сплетни», «анонимы», «корреспонденция из святых мест» и многое другое». Этот шкафчик в кабинете Куприн упоминает в рассказе «Обыск». В ночь на 1 июля 1918 года в доме Куприна в Гатчине был произведен трехчасовой обыск, после которого писатель был арестован и помещен в помещение гатчинского Совета депутатов. «Они опустошили весь мой огромный письменный ясеневый стол снаружи и изнутри, а также американский классер со множеством полок и все их содержание вывалили горой на стол под большую лампу с широким золотистым абажуром. Там было несметное количество писем, десяток записных книжек, множество фотографических карточек, а больше всего черновиков – начатых и неоконченных повестей, беглых заметок, шутливых стихов и тому подобного мусора».

В кабинете находился большой стол с гладкой поверхностью. Куприн просил своих многочисленных гостей написать что-нибудь на столешнице. На своеобразном «деревянном альбоме» гости оставляли автографы, рисунки, писали стихи, шутки, афоризмы. Первый «деревянный альбом» Куприн завел еще в Петербурге, столешница хранила автографы И. Бунина, К. Чуковского, Ф. Батюшкова, А. Белого, А. Серафимовича, всего более пятидесяти записей. Для того чтобы надписи не стирались, Куприн покрывал их светлым лаком. «Альбом» из петербургского дома - экспонат Института русской литературы (Пушкинский дом). Судьба подобного гатчинского «деревянного альбома» неизвестна.

Летом кабинет писателя переносили в тенистый уголок сада, где стоял врытый в землю грибовидный стол из толстого сруба и полукруглая скамейка. Там он часами просиживал со своим стенографом, а в дождливую погоду они устраивались на веранде.

В детской была куча игрушек и удивительный кукольный домик, такой же, как у княжон Романовых. Отец купил его Ксении на трехлетие. Александра Петровна Волкова (Надорина) жила два месяца в доме Куприна в 1915 году. Она вспоминала: «Поселили меня в комнате их дочери Ксении. Вся мебель: кровать, стол, стулья, была белой. Кроме детской, в доме было еще несколько комнат. В самой просторной – гостиной, значительную часть стены занимала большая картина «Искушение святого Антония», сюжет которой – стоящий на коленях монах и дьявол-искуситель на заднем плане – почему-то запечатлелся в моей памяти. Здесь же в гостиной стоял большой диван с дырявым сиденьем. Однажды я спросила Куприна:

- Александр Иванович, отчего здесь такая дыра?

- А это лошадка продавила, - отвечает он.

- Какая лошадка?

- Да как-то поспорил я с одним офицером. Он говорит: «Введу в дом лошадь». Я ему: «Нет, не сможешь, не войдет в дверь». И, представь, проиграл пари. Тот молодец оказался сообразительным – ввел лошадь через веранду. Вот тут она и встала на диван своими ножками.

- Так ведь на дырявом диване неудобно сидеть.

- Зато память о лошади осталась».

В доме всегда было много гостей. Все посещавшие дом Куприных отмечали гостеприимство хозяев, ласковое и простое отношение ко всем, без различия сословий и званий. В разные годы по хозяйству помогали дворник, кухарка. В доме жила няня Саша, стенограф И. Я. Комаров. Дом Куприна полностью отвечал представлениям о достойном комфорте, имелся телефон (в одном из писем писатель упоминает его номер – 231), был проведен водопровод и установлена ванна. Об этом мы узнаем из рассказа Куприна «Обыск»: «Хороши пустяки, - подумал я. - А заряженный на все восемь гнезд револьвер «веладог», который затиснут в узкое пространство между ванной и стеной?»

Гатчинский дом был дорог Куприну. «Я сумел создать себе полную иллюзию деревни, которую я так люблю, и которая единственно создает душевный покой, настоятельно необходимый нашему брату». Вокруг дома росли тополя, береза, ясень, ели, сирень, разбиты цветники. Писатель всегда мечтал иметь свой кусочек земли, заниматься садоводством и огородничеством. В Гатчине на участке был небольшой огород, где Куприн обустроил небольшую теплицу, выращивал артишоки, помидоры, клубнику, медовые дыни - канталупы. В доме у Куприных всегда жили животные. «Во дворе А. И. Куприна можно насчитать 114 птиц, двух поросят, собаку со щенками и обезьяну. Тут и зяблики, и коноплянка, которой Куприн устраивает трогательные кормежки из особого деревянного сосуда, устройство которого он скопировал у финнов. Правда, птицы разрушают огород и писателю приходится подолгу воевать с ними, но он их любит нежной, трогательной любовью.

- В царстве птиц моих и животных, говорит Александр Иванович, я – последняя мошка и обращение со мною с их стороны самое неделикатное. Занимаясь фотографией, я оставлял свои желатиновые пластинки на веранде и что же выдумаете – обезьяна стала их есть, как самое лакомое блюдо. Но добродушный Куприн простил своему «некрасивому» другу его чрезмерный аппетит», - читаем в одном из очерков тех лет. В птичнике преобладали очень красивые, но плохо несущиеся куры и бойцовые петухи. В 1912 году Куприны решили возвести на своем участке одноэтажную каменную постройку для хозяйственных нужд. Был составлен план участка и чертеж здания. На фотографиях можно увидеть, как Куприн с Ксенией кормят кур на фоне этого здания.

Сад Куприных был свидетелем посиделок многочисленных друзей писателя. Для гостей хозяин затевал шашлыки, для этого в саду были сделаны специальные печурки. Лужайка перед домом превращалась то в концертный зал, где звучали голоса известных певцов, то в арену цирка, где выступал клоун Жакомино с собачкой Дикки, борцы демонстрировали свою силу и приемы французской борьбы. Иногда здесь устраивали соревнования в стрельбе из малокалиберного ружья. Писатель говорил: «одним из самых благородных и полезных спортивных упражнений (если не самым лучшим) я считаю стрельбу в цель, пулькою». В апреле 1913 году во дворе гатчинского дома Куприна режиссер, оператор В. Ф. Гельгар снимал фильм «Посрамленный Жакомино», в котором Куприн играл роль шофера.

Куприн воспел свой сад в повести «Купол святого Исаакия Далматского». «Я собственноручно снял с моего огорода 36 пудов картофеля в огромных бело-розовых клубнях, вырыл много ядреной петровской репы, египетской круглой свеклы, остро и дико пахнувшего сельдерея, репчатого лука, красной толстой упругой грачевской моркови и крупного белого ребристого чеснока – этого верного противоцинготного средства. <…> Весь мой огород размером в 250 квадратных сажен, но по совести могу сказать, потрудился я над ним весьма усердно, даже, пожалуй, сверх сил. <…> … мне не жаль собственности. Но мой малый огородишко, мои яблони, мой крошечный благоуханный цветник, моя клубника Виктория и парниковые дыни-канталупы Жени Линд – вспоминаю о них, и в сердце у меня острая горечь».

Когда началась Первая мировая война, в доме Куприных был открыт частный лазарет для раненых солдат на 10 человек. Сестрой милосердия в лазарете была Елизавета Морицевна, так как она имела опыт ухода за ранеными. За участие в русско-японской войне она была награждена двумя медалями. Над домом был поднят белый флаг с красным крестом. Лазарет для нижних чинов проработал до мая 1915 года, он закрылся на карантин, т. к. один вновь прибывших раненых оказался болен тифом.

В ноябре 1919 года А. И. Куприн и его семья покинули Гатчину в связи с наступлением Красной Армии. Уезжая из Гатчины, Куприн ничего не взял с собой, лишь портрет Л. Толстого и томик А. С. Пушкина. Что стало с библиотекой писателя, его рукописями, не известно. Газета «Путь» (Гельсинсфорс) в сентябре 1921 года сообщала, что «по достоверным сведениям» архив писателя собран, опечатан и передан на хранение в комиссариат народного просвещения. Небольшую папку бумаг Куприна передал в Институт русской литературы в 1930 году учитель Кобринской школы Шеховцев. Он по листочку собрал их в доме писателя.

Покинув Гатчину, Куприн тосковал и часто вспоминал о своем доме. В письме к гатчинцу В. Е. Гущику он писал: «Нет дня, чтобы я не вспоминал о Гатчине. Зачем уехал!» В 1937 году Куприны вернулись в СССР. Александр Иванович захотел побывать в Гатчине. Однако дом был занят. Куприны не только не захотели выселять жильцов, но и отказались от денежной компенсации.

Существуют различные версии гибели дома. В воспоминаниях о встречах с писателем Федор Васильевич Грошиков написал, что «за время немецкой оккупации Гатчины, в 1942 году купринский особнячок был разобран на топливо».

Елена Николаевна Батюшкова, племянница друга Куприна Федора Дмитриевича Батюшкова, вспоминала: «Часто бывали мы в этот период у Куприных в Гатчине. Я навсегда запомнила обилие подснежников, которые мы там собирали. Во время Великой Отечественной войны я служила в армии. Случилось так, что в 1944 году я оказалась вновь в Гатчине, которую не видела с детства. Когда стаял снег, я пошла посмотреть, есть ли еще подснежники из моих далеких воспоминаний. Их было еще больше, чем в детстве, а дача Куприна была сожжена».

В 1958 году Гатчину посетила дочь писателя Ксения Александровна Куприна. В письме к гатчинской жительнице Марии Дмитриевне Покровской она поделилась своими впечатлениями от поездки: «В Гатчине с грустью увидела пустырь на месте нашего домика и сада. Сейчас возбуждаю ходатайство, чтобы на этом месте был бы создан скверик имени Куприна. Ведь здесь он прожил самые долгие годы своей кочевой жизни, впервые имел свой сад и мог заниматься садоводством. Он больше гордился своими дынями «гадалупами», чем своими произведениями. Может поэтому я помню каждую клумбу и каждый куст».

27 марта 1959 года Исполнительный комитет Гатчинского горсовета принял решение «Об увековечивании памяти выдающегося русского писателя Куприна А. И.». Один из пунктов этого решения гласил: «Установить мемориальную доску на доме, который будет выстроен на месте, где жил и работал Куприн А. И.».

На месте, где находился дом Куприна, в 60-е гг. были построены пятиэтажный дом и здание детского сада. 7 сентября 1970 года была торжественно открыта мемориальная доска из мрамора с текстом: «В 1906-1919 годах в Гатчине жил и работал Александр Иванович Куприн. На этом месте находился дом писателя. Здесь созданы рассказ «Гамбринус», повесть «Яма» и другие произведения». Автор доски – гатчинский скульптор Валерий Владимирович Шевченко.


Чтобы увидеть, как выглядел дом писателя, надо пройти в библиотеку, носящую имя А. И. Куприна, где воссоздан дом в миниатюре (в масштабе 1:70).

     Для этого надо повернуть на улицу Володарского.


↑ Наверх